– Неужели Антеф не боится оставаться здесь в ночные часы? – удивился большой Нехси.

– О, мне пришлось один раз быть здесь поздно вечером, – отозвался Нехеб-ка. – Выли шакалы, хохотали гиены, страшные птицы ночи летали над головой. Вдали ревел лев, глухим плеском отзывались в реке крокодилы, – мне показалось, что стонет земля, наполненная умершими. Я едва удерживал свое сердце от бегства…

– Антеф не здесь, он скрывается в древнем подземелье, близко от берега. Если каждому из нас придется выбрать между позорной смертью и страхом перед отошедшими, – я думаю, что он меньше убоится мертвых, – спокойно сказал Уахенеб. – От мертвых еще никто не погиб. Здесь давно живет старый сторож с семьей, и все от мала до велика здоровы и целы. У нас, бедняков, не знающих вещей,

– Мы будем здесь жить? – тихо спросила девушка, устремив на Уахенеба глаза, еще полные грусти.

– Вовсе нет! – рассмеялся кормчий. – Тебя завтра возьмет на корабль мой верный друг, кормчий Саанахт. Ты будешь жить в Дельте, у моих родных, пока не повернется лицо богов…

– А отец?

– Антефа нельзя отослать с тобой. Я возьму его на свой корабль тайно, в день отплытия. Нам не дадут много отдыхать – скоро пойдем мы опять за кедром для храмов на Великое Зеленое море…

В доме Уахенеба вновь собрались гости – кормчий решил отпраздновать спасение Антефа и его дочери, не объясняя никому причины торжества. Опустели два кувшина вина, громадный глиняный сосуд с пивом. У захмелевших людей развязались языки, всё смелее становились выкрики и взволнованные речи о несправедливости жизни в Та-Кем, о том, что жрецы обманывают бедняков, что государство не жалеет своих подданных.

– Рабы у богатых и во дворцах живут лучше, чем мы! – воскликнул тот же хмурый кузнец, который угрожал Уахенебу каменоломнями в прошлый раз.

Кормчий поднял руку:

– Слушайте сказку о стране счастья!

Низенький старик с круглой лысой головой говорил о трудности жизни без просвета и защиты.